top of page

РАЗБОР: КАК ЖИВУТ КАЗАХСТАНЦЫ

«Население поголовно живет в бедности». Подобное мнение стало общепринятым, а новости в его поддержку охотно формируются и разносятся: «казахстанцы тратят половину доходов на еду», «доходы населения составили 80 тысяч в месяц», «142 тысячи достаточно, чтобы быть богатым».


Существует убеждение, что власти нужно как можно чаще напоминать об этом. Якобы, чиновников одолеет стыд, и они начнут работать во благо народа. Но природа аппарата такова, что происходит все с точностью до наоборот. Поддержку получают политики-популисты с призывами «взять все, да и поделить». А бюрократы применяют «айкидо», используя критику против себя в качестве аргумента для получения еще больших полномочий и бюджетов, разработки новых программ и проектов.


От постановки проблемы зависят решения. Все это было бы частично оправданно, если бы было правдой. Напоминает старый анекдот: «98% казахстанцев довольны своей жизнью; опрос проведен в офисе «КазМунайгаз». Эти цифры охватывают разные части населения, но не всех. Опросы, особенно платные, проводятся преимущественно среди бедных – состоятельные попросту отказываются проходить. Данные по зарплатам стабильно собираются лишь среди больших компаний и госучреждений – массовый малый бизнес отчитывается редко и далеко не весь.


В этом нельзя винить орган статистики – он всегда указывает как были собраны данные. Проблема в профессиональных пользователях, которые не читают примечания, делают поверхностный анализ и распространяют его в СМИ. Не последнюю роль в этом играет когнитивное искажение «предвзятость подтверждения» — тенденция интерпретировать информацию так, чтобы она согласовалась с первоначальными убеждениями. К тому же негатив легче «продается» публике.


Можно ли увидеть полную картину? Да, если собрать весь пазл. В экономике все взаимосвязано – если что-то продают, значит кто-то покупает. Есть много источников по доходам – отчетности компаний и госорганов, налоги, соцвыплаты, опросы, прирост накоплений в финучреждениях. Аналогично, по расходам – продажи бизнеса, импорт, те же опросы. Орган статистики все это агрегирует, получая ВВП и все, что с ним связано.


Сразу обозначим дисклеймеры:

  • Цифры не точные, но они единственные. Часть картины орган статистики досчитывает косвенно – не забываем про высокий уровень «тени» в стране. Перепроверить сложно.

  • Помимо общих цифр в триллионах, мы показываем средние подушевые в месяц. Людям сложно воспринимать величины, с которыми они не сталкиваются в повседневной жизни.

  • Средняя не равно медиана. Если 3 человека получают 100, 200 и 600, то медиана будет 200, а средняя – 300. Многие часто воспринимают «среднюю» буквально, как срединное место в некой цепочке людей.

  • Мы учитываем только взрослых (15+ лет), так как дети не зарабатывают доходы и не участвуют в определении расходов. По той же причине нельзя так сравнивать Казахстан с другими – у нас иная демографическая ситуация (больше детей).

С учетом этого возникает следующая картина по 2021 году. Подобная статистика формируется с большим отставанием. Для 2022 года можно умножить на условные 20%, хотя реальная ситуация не изменилась из-за инфляции.


1) Для начала зафиксируем максимумВВП. Это практически единственный источник доходов для казахстанцев. В 2021-м он был равен 84 трлн тенге или 517 тысяч тенге на среднего взрослого гражданина в месяц.


Это «потолок», из которого следует, что прямо сейчас все взрослые граждане не могут поголовно зарабатывать больше $1,2 тысяч («как арабы»).


2) Среднемесячные денежные доходы взрослых были 185 тысяч тенге. Суммарно в год это 30,1 трлн тенге или 36% ВВП. По нашим расчетам, это может включать:

  • «Белые» зарплаты «на руки» ≈ 10,7 трлн.

  • Всевозможные отчисления сверху к зарплате ≈ 3 трлн.

  • Зарплаты в «конверте» ≈ 3,4 трлн.

  • Социальные пособия – 7,2 трлн.

  • Смешанный доход от предпринимательства (ИП и т. д.)4,8 трлн.

  • Прочее – 0,9 трлн.

Если считать только наемных, то средняя «белая» зарплата составляла 166 тысяч. Но в статистике ведь дается другая цифра – 250 тысяч. В чем расхождение? 250 – это (а) без учета массового малого бизнеса (вкл. ИП) и ГПХ, (б) до уплаты ИПН и пенсионных, (в) с учетом неденежных стимулов, (г) по фактическим часам, когда 2 работника по полдня объединяются в одного «полноценного».


Отчисления – это доход работника, который он недополучил. Работодателю индифферентно, кому платить – ему или государству, это просто расходы. А это еще 28% к зарплате или 213 тысяч тенге.


Люди же мыслят в категории ежемесячно получаемых «на руки» зарплат, без учета всяких премий и оздоровительных. Получается всего 100–150 тысяч, особенно если они работают в небольших организациях.


3) Помимо денежной оплаты труда граждане получают ее в натуральной форме. Эти неденежные доходы равны 59 тысячам тенге на взрослого или 9,7 трлн тенге.


Они возникают, когда организация арендует сотруднику жилье или автомобиль, организовывает льготное питание, абонемент на спорт, бесплатный садик для детей, передает собственную продукцию или услуги, например, бесплатный уголь шахтерам или лечение медперсоналу.


Но есть подозрение, что значительная часть этой суммы – это потенциальная прибыль собственников бизнеса, которая не выведена в виде дивидендов. Причина – налоги, которые могут доходить до 40%. Поэтому собственники и, частично, менеджмент садят все свои личные расходы на организацию.



! Таким образом, суммарные доходы одного среднего взрослого казахстанца в месяц были 245 тысяч тенге. В год это 39,7 трлн тенге или 47% ВВП.


Так заведено, что к этому еще и добавляются условные доходы от экономии на расходах. Если человек проживает в собственном жилище, то это считается как аренда у самого себя по определенной цене. Если человек выращивает сельхоз продукты и сам же потребляет, то логика такая же. Это выглядит странно, но учет необходим, так как существенно влияет на оценку благосостояния большинства граждан.


! С учетом этого финальная цифра равна 272 тысячам на среднего казахстанца, 44,2 трлн в целом или 53% ВВП.


4) В части расходов ощутимой денежной статьей являются налоги и отчисления на соцстрахование. Это 6,3 трлн тенге или пятая часть денежных доходов.



Но «взамен» население получает социальные трансферты в натуральной форме от государства и некоммерческого сектора в размере 6,1 трлн. Это товары и услуги гос. и некоммерческих организаций, предоставляемые гражданам бесплатно или по ценам гораздо ниже рыночных. К ним, например, относятся услуги образования и здравоохранения, социальная помощь, всевозможные субсидии на жилищные и коммунальные услуги, продуктовые карточки и многое другое.


Еще 1,5 трлн составляют различные прочие денежные расходы.


5) Фактическое конечное потреблениеблага, которые получили люди – равны 298 тысячам в месяц, 48,4 трлн в целом или 58% ВВП.


42% от этого – в натуральной форме, в виде оплаты труда, соцпособий или условного проживания. 12% – якобы за счет долга, но это очередное «белое» пятно, так как суммы не бьются со статистикой Нацбанка. 46% – за счет собственных денег.


Выводы:

А) При сравнении разного рода нагрузок на человека (траты на продукты, закредитованность и т. д.) корректнее учитывать все источники доходов и расходов. Особенно следует осторожнее относиться к опросным данным, если есть сомнения в контроле качества. В новостях также стоит указывать, что это «некоторые казахстанцы» и «в некоторых организациях».


Все это сразу снижает остроту многих месседжей и ставит под сомнение многие госполитики, например, по регулированию цен или импортозамещению.


Например, 1,5 трлн тенге просроченных кредитов превращаются в 6,5% от всех денежных доходов населения. Расходы на продовольствие составят 28% от денежных доходов или 17% от фактического потребления.


Б) Люди мыслят тем, что приходит ежемесячно на банковскую карту. Проблема в том, что получают благ они в 2–2,5 раза больше, но решения принимают другие. Государство забирает налоги и квази-налоги, чтобы позже вернуть в виде товаров и услуг сомнительного качества. Менеджеры в организациях придумывают разные «неденежные стимулы», которые де-факто позволяют снижать КПН и не платить за ФОТ. Эффективность трат сокращается, повышаются коррупционные риски.


Такие образом потребление вроде есть, но нет свободы выбора.


В) Другая сторона медали – снижение неравенства. Оно есть в доходах и плохо видно из-за усреднения. Важная ремарка – это еще не учтены денежные доходы граждан, которые были заработаны с прибылей бизнеса и выведены за рубеж на контролируемые юрлица. Это бы сделало неравенство острее.


Однако существуют 2 момента, которые не учитываются при оценке неравенства.


Первое, важны не доходы, а блага. Все же выгоды при оплате труда в натуральной форме получают работники предприятий, а не собственники. Государство также перераспределяет более 10 трлн тенге от состоятельных в пользу бедных. Например, основными бенефициарами систем образования и здравоохранения являются уязвимые слои населения.


Второе, не видна картина внутренних перераспределений доходов между самим населением. Подозреваем, что культурные особенности обязывают отправлять часть доходов в денежной форме по родственной линии (родители, супруги, дети и прочие).


Г) От обобщений и «ковровых бомбардировок» госрегулированием и отраслевыми политиками необходимо переходить к точечной социальной поддержке действительно бедных. Причем желательно в денежном виде, без усложнений.


Некоторые слои населения действительно тратят половину денег на еду. Но это совершенно разная «половина» – от 16 тысяч тенге в месяц среди беднейших до 72 тысяч для среднего класса. Продукты питания и напитки ведь бывают совершенно разного качества и ценового сегмента.


Многое зависит от уровня доходов, количества иждивенцев и наличия жилья.


Проблема – мать с двумя детьми, зарабатывающая меньше 100–150 тысяч. Проблема – люди с инвалидностью или пенсионеры, зарабатывающие меньше 60–80 тысяч. Проблема – многодетные семьи, где работает только один родитель с окладом в 200–300 тысяч, а без жилья – даже 400–500 тысяч.


Половину доходов на питание может тратить и городская молодежь или городские семьи с 1–2 детьми. Но это питание на грани с развлечением, когда в них включены не только товары первой необходимости. Удовлетворяются иные нужды.


Д) Нельзя сравнивать Казахстан с нефтяными арабскими странами или развитым миром. Даже с учетом всего сырья и корпораций имеются ограничения по росту доходов граждан до сопоставимого уровня жизни.


Это означает, что Казахстану рано превращаться в огосударствленную социальную страну. Необходимо больше экономических свобод для частного сектора, а также фокусировка государства на верховенстве права, стратегической инфраструктуре и адресной социальной политике.

Comments


bottom of page